ЗАРИСОВКИ к 7-му АРКАНУ ТАРО

 
 
 

НА ГЛАВНУЮ

СБОРНИК

ЗАРИСОВКИ

ССЫЛКИ

 БИБЛИОТЕКА 

 

ЗАРИСОВКИ К СТАРШИМ АРКАНАМ

 

 
 

АРКАН VIII. Libratio; Карма (Проклятия); Themis; Правосудие; Lex; Justice; Иероглиф (Поле, т.е. все, что подлежит возделыванию, обработке, культуре).

   

Правосудие

СБОРНИК 08_4

 
     
 

rēs, reī (редко Lcr rēī, у него же иногда rei односложно) f 1) вещь, предмет… 10) судебное дело, процесс (rem judicare С); 11) (тж. pl.) государство (r. Romana L, H; r. publica или respublica С etc.; rem restituere Enn ар. C; res Graecae Nep)…

 

 
     
 

«Это было в те дни, когда Судьи правительствовали, и голод был в стране…» Книга Руфь.

Времена Судей были наполнены чудовищной жестокостью, войнами, кровью. На этом фоне сельская идиллия кажется просто невероятной. Тем не менее, в Книги о том и идёт речь, что вера и праведность ставят человека под защиту Божьих Крыл. [T.10.CDI.8]

*

critae, ārum m (греч.; лат. judices) судьи (у древних евреев) Tert. [B.32]

 

…однако в Евангелиях от Луки и Матфея когда Каиафа задаёт Иисусу тот же вопрос, Иисус умело избегает ответа на него. «Ты Сын Божий?» – «Не я, а ты говоришь это».

Если сравнить описание Суда из всех четырёх евангелий, можно заметить множество противоречий. В Евангелиях от Марка и Матфея Суд происходит ночью, в Евангелии от Луки – днём. У Матфея и Марка свидетели дают показания против Иисуса, у Луки свидетелей вообще нет.

Prof. Bart D. Ehrman, Chair of the Department of Religious Studies at the University of North Carolina at Chapel Hill: «Трудно считать достоверными описания Суда Синедриона над Иисусом поскольку у нас нет ни одного заслуживающего доверия источника информации. На следующий день Иисуса убили, так что Он явно не успел никому рассказать о том, что случилось. И я не думаю, что иудейские власти рассказывали об этом интересующимся христианам».

Из всех историй Нового Завета сложнее всего определить достоверность истории о Суде Синедриона. Многие исследователи Библии считают, что Суда вообще не было.

Prof. James H. Charlesworth, Princeton Theological Seminary: «Думаю, лучшее объяснение всему этому в том, что Суда вообще не было. И если вам известно что-либо об иудейских законах, вам понятно, что Суда просто не могло быть: Суд не мог состояться ночью, Суд не мог состояться накануне Шаббата /( שַׁבָּת ) суббота [B.18]/, Суд не мог состояться перед Великим праздником – Днём Пасхи».

Prof. Paula Fredriksen, Boston University: «Это то же самое, как если бы в Америке Верховный Суд собрался на заседание накануне Рождества, чтобы разобрать дело об автомобильном штрафе».

Был Суд или нет, но полномочия Каиафы как Первосвященника были ограничены. Историки тех времён – Иосиф Флавий и Филон Александрийский – указывают, что только у римлян были полномочия приговорить человека к смерти. [T.12.LXX]

 

 
     
 

Как и многие другие народы, китайцы верят – души умерших отправляются в Иной Мир. Но у китайцев свой вариант этого Иного Мира. Он очень похож на Этот Мир, и там вас делают счастливыми то же что и здесь – деньги.

Prof. Hugh Baker, School of Oriental and African Studies, London: «Умершие очень быстро оказываются в Чистилище, где вершится Суд над их деяниями в этой жизни. Они приговариваются к разным уровням Ада в соответствии с тем, что самое плохое они сделали».

Первое, что нужно душе – это деньги для подкупа Судей, чтобы она могла пройти Ад как можно скорее и затем оказаться на более подходящих уровнях «Жизни после смерти». Деньги передаются из нашего мира в Ад с помощью огня: их жгут. Но это не земные деньги. Китайцы используют специально отпечатанные купюры Банка Ада – валюту загробной жизни.

Prof. Hugh Baker, School of Oriental and African Studies, London: «Сжигаются чудовищные количества этих бумажных денег. Чем больше денег у вашего предка, когда он проходит через Ад, тем более обеспеченной там будет его жизнь».

Смерть может даже стать способом разбогатеть… [T.4.XIX]

 

 
     
 

Ноябрь 1942-го года. Контрнаступление советских войск, с которого начался перелом в Великой Отечественной войне, ещё впереди. Положение Красной Армии тяжелейшее. Командование Вермахта уверено в близкой победе. И в этих обстоятельствах советское руководство опубликовало документ об ответственности гитлеровских захватчиков и их сообщников за злодеяния, совершаемые ими в оккупированных странах Европы.

Речь в нём шла о необходимости создания Международного трибунала, для того, чтобы подвергнуть военных преступников суду. Тем более, что счёт к ним у советского народа к тому времени уже накопился немалый.

…и всё же 20-го ноября 1945-го года открылся Нюрнбергский процесс – первый официальный суд над военными преступниками, который за свою масштабность и значимость получил название «Суд Истории»

Каждая из стран-участниц Нюрнбергского трибунала предоставила на процесс своих лучших юристов. Недаром Геринг хвастался, что против него выставили всю мощь мировой юриспруденции.

Александр СУХАРЕВ, государственный советник юстиции I класса, доктор юридических наук, профессор: «В чём величие этого суда? Он криминализировал саму агрессию, военную агрессию, сделал её уголовно наказуемой. С Нюрнберга началась новая история юстиции, родилось новое международное уголовное право после этого процесса. Родились многие положения гуманитарного права».

Нюрнбергский процесс – «Суд Истории» – закрепил в международном праве до этого не существовавшую норму. Теперь политические лидеры – инициаторы военной агрессии, должны нести за свои действия уголовную ответственность.

Но для того… отдали свои жизни… [T.3.XVI.6]

 

Нюрнберг. С одиннадцатого века он упоминается как вольный имперский город. По его улочкам гулял гениальный художник и изобретатель Альбрехт Дюрер, в его мастерских создавались первые в мире механические карманные часы. Нюрнберг всегда был столицей немецких игрушек: здесь производились лучшие в мире куклы и карандаши. А средневековые домики с флюгерами и черепичными крышами и сегодня кажутся живой иллюстрацией к сказкам братьев Гримм.

Век двадцатый принёс этому баварскому городу зловещую славу. Именно в Нюрнберге проходили нацистские съезды, здесь зарождались мифы германского фашизма, его чудовищная религия. Здесь Фюрер гипнотизировал Германию и страна бесновалась от восторга. Здесь проходили такие шоу, которым позавидовали бы римские императоры и голливудские продюсеры.

1945-й год. Город лежит в развалинах. Там где стояли готические соборы теперь зияют чёрные руины. Среди них побеждённые немцы пытаются наладить хоть какую-то жизнь. И меньше всего думают о мировой политике, той, что вершится победителями рядом, в зале Дворца Правосудия. Это величественное здание с прилегающей тюрьмой одно из немногих уцелевших строений города. Бог словно решил разделаться с главными грешниками двадцатого века в их колыбели. Идёт подготовка к Международному Трибуналу над главными военными преступниками Третьего Рейха.

Кто придумал Нюрнбергский Процесс? Кого и за что на нём судили? Почему одних подсудимых повесили, а других отпустили из зала суда? Почему демократический Запад настаивал на казни без Суда, а тоталитарный Советский Союз требовал гласного процесса с полноценной защитой?..

«На войне, как на войне» – всегда считали военные, занимаясь грабежами и убийствами. После победы горделиво заявляли: «Победителей не судят». Ну а в случае поражения сетовали: «Горе побеждённым».

До начала двадцатого века военные воевали с военными, и мирное население всё-таки относительно редко подвергалось массовому уничтожению…

В Первой Мировой войне жертвы среди мирного населения исчислялись уже миллионами, и эта война была верхом жестокости того времени. Человечество ужаснулось масштабам разрушений и количеству загубленных жизней. Чтобы в будущем избежать подобных катастроф, необходимо было найти виновных и осудить их. Такая попытка была сделана. По мнению победителей, в ужасах войны виноваты те, кто её развязал – германская военщина и лично кайзер Вильгельм. До суда дело не дошло, потому что не существовало правовой основы для публичного процесса. Не было и самого понятия «военные преступления», хотя правила ведения войны существовали.

Список обвиняемых вызвал живейший интерес среди журналистов, политиков и военных разных стран. В Вермахте служили сотни генералов, в СС – тысячи палачей, но Скамья подсудимых была слишком мала для того, чтобы посадить на неё всех военачальников, карателей и функционеров Третьего Рейха. Пришлось отбирать.

Константин ЗАЛЕССКИЙ, историк: «На Нюрнбергский процесс было 24-е человека изначально. Причём с самого начала, союзники, когда подбирали, составляли список главных военных преступников, а именно под таким именем они проходили на Нюрнбергском процессе, они поставили своей целью сделать так, чтобы на скамье подсудимых оказалась представлена вся, все аспекты руководства Третьего Рейха. Нельзя сказать, что это у них полностью получилось, но в принципе они действовали в этом направлении. То есть должны были быть представлены вооружённые силы – все три вида вооружённых сил, должна была быть представлена партия, должны быть представлены идеологические направления, ну, естественно карательные службы».

Три из четырёх столпов германского фашизма к моменту суда в Нюрнберге были мертвы. Гитлер, Гиммлер и Геббельс покончили с собой. И только «Человек номер Два» – рейхсмаршал авиации Герман Геринг – сдался военнослужащим Техасской дивизии. Американцы были весьма польщены этим. Именно Геринг на Процессе будет Фюрером фюреров. Именно на него, как на пойманного людоеда будут глазеть журналисты. Именно он станет вызывать у публики какой-то благоговейный ужас. А главное, он накрнец то станет «Фигурой номер Один», а не вечным «Номером Два» после Гитлера. И Геринг будет упиваться этой ролью.

Константин ЗАЛЕССКИЙ, историк: «Геринг, в отличие от многих других своих коллег по скамье подсудимых, сразу же взял на себя роль «Подсудимого номер Один», то есть он не старался переложить вину на кого-то. Он совершенно чётко знал, что ему будет присуждена смертная казнь, и он поставил своей целью на Процессе, скажем так, подать себя как крупного государственного деятеля, радетеля Германии».

Успехи Вермахта были, прежде всего, достижением германской промышленности, и магнаты военной индустрии были ответственны за преступления Фюрера никак не меньше, чем все генералы вместе взятые.

Список подсудимых составлен и утверждён в ходе длительных совещаний и согласований. Он не вызывает сомнения и в принципе устраивает как Восток, так и Запад.

Каждая держава-победительница была представлена на Трибунале одним членом суда. Председателем Суда был избран британец Джеффри Лоуренс. Но гораздо чаще в связи с Нюрнбергом вспоминают не судей, а обвинителей. И это не удивительно: их роль на Процессе была гораздо более заметной.

Обвинителем от США на процессе был Роберт Джексон. Американские журналисты изображали этого юриста главным, если не единственным, организатором Процесса. Это соответствовало личным амбициям Джексона, но вряд ли являлось правдой.

Константин ЗАЛЕССКИЙ, историк: «Он всё время пытался показать своё, ну скажем так, независимое положение. Своё положение несколько более выдающееся, чем всех, кто бы то ни был. Этому способствовало то, что у него была круглосуточная охрана – ни у кого такого не было, – была, но не до такой степени. Его бронированный «Мерседес» всегда сопровождала машина с телохранителями. Его продукты проверяли на случай отравления. То есть он создал такой вот миф, что он главное действующее лицо Процесса, против которого возможны какие-то теракты».

Между тем отношение Джексона с членами Суда от Англии и США не сложатся, а Геринг будет доводить его до «белого каления» своими ироничными репликами настолько, что щепетильный Джексон будет готов отказаться от своей должности.

Главная часть Процесса, как айсберг, была скрыта от публики. Это была подготовка юридических норм, которых до этого не существовало. Предстояло осудить преступления невиданного масштаба против большей части человечества. Но понятия о Правосудии у победителей были разные. Коммунистам приходилось сотрудничать с капиталистами. Континентальную юриспруденцию русских и французов увязывать с англо-саксонской Великобритании и США. Советские представители работали под постоянным прессингом Кремля, англосаксы – под знаком надвигающейся Холодной войны. Но прежде чем размежеваться, союзникам надо было договориться.

Андрей ВАСИЛЬЧЕНКО, кандидат исторических наук: «Вообще Нюрнбергский процесс это была такая система взаимных уступок стран-победительниц. Советская сторона не поднимала вопрос о фактически уничтожении Дрездена, когда во входе только одной бомбардировки американцы и британцы уничтожили более ста пятидесяти тысяч жителей мирного населения, хотя Дрезден не представлял ни стратегической ценности: там не было ни военного производства, как бы, а все силы военные, находившиеся там исчислялись одним банальным гарнизоном».

Западные союзники признали закрытыми темами всё, что было связано с советско-польскими отношениями перед началом Второй Мировой войны. Но разногласия возникали и на теоретическом уровне, например, «Кого мы победили?» – Германию или немецкий фашизм, немцев или нацистов…

…хотя найти защитника было нелегко: кто-то из нацистских адвокатов сам был замешан в преступлениях режима, кто-то бесследно исчез в хаосе войны или находился в лагере для военнопленных, кто-то не желал защищать этих обвиняемых. Но для большинства немецких юристов Нюрнбергский процесс был прекрасной возможностью хоть как-то подработать в голодной Германии, ведь гонорар защитника по уставу Суда составлял три тысячи пятьсот рейхсмарок в месяц, плюс пятьдесят процентов за каждого дополнительного подзащитного. Защита честно отрабатывала эти деньги…

Борис ХАВКИН, кандидат исторических наук, профессор Историко-архивного института РГГУ: «Вообще тактика защиты была очень проста: не столько вызвать жалость к тем лицам, которых они защищали, потому что преступления были налицо, и доказательства были, а действовать по принципу «А вы тоже не без греха», тоже за вами числятся преступления, и, следовательно, вы не имеете морального права судить нацистов за их преступления».

Свидетель Шелленберг (нем. Walter Friedrich Schellenberg) отбыл в тюрьме менее двух лет из своего шестилетнего срока. Свидетель Паулюс (нем. Friedrich Wilhelm Ernst Paulus) вообще не был осуждён и в 1953-м году вернулся на родину в Германскую Демократическую республику. Приговоры военным преступникам часто зависели от степени их сотрудничества с победителями.

Максим ТОКАРЕВ, историк: «Итоги Нюрнбергского процесса это наглядный показатель того, что наказаны были люди, которые действительно подлежали наказанию. Но сильнее всех были наказаны люди, вожди Третьего Рейха, которые не представляли никакого практического интереса в тот момент для союзников. Просто потому, что их подчинённые, номинально не столь замазанные, не столь запачканные чужой кровью, они, в общем то, могли быть полезны не меньше, чем вот их осуждённые и казнённые вожди, но при этом их использование не несло бы за собой сколько-нибудь существенных политических издержек».

Нюрнбергский процесс не был Судом Божьим, – он был обычным человеческим судом. При его проведении победители допустили немало юридических ошибок и оплошностей. Но он был необходим. Человечеству была сделана прививка от фашизма. Это можно назвать принципами Нюрнберга. Они стали аксиомой. Но и просчёты этого процесса дают свои горькие плоды. [T.4.XLI]

**

 
     
 

**

…вошёл в кабинет генерала Галактионова. «Учтите, дорогой Борис Николаевич, на вас редколлегия возлагает большие надежды. Придётся соревноваться с лучшими «перьями» страны – Эренбург, Всеволод Вишневский, Константин Симонов, Крушинский. Нужны ваша хватка и оперативность. Задание наиважнейшее и совершенно в вашем духе».

Борис ПОЛЕВОЙ, журналист, писатель-прозаик, Герой Социалистического Труда (съёмка 1980-го года): «Ну, этот Процесс был необыкновенно интересен, и, если хотите, страшен. Потому что приводились такие доказательства мерзости фашизма, что иногда мы, бывшие военные корреспонденты, прошедшие боевой путь от, там скажем, от Москвы и до Берлина, и наглядевшиеся всяких, так сказать, разрушенных городов и всяких, так сказать, нацистских зверств, что мы не могли заснуть». [T.10.CCXLII]

 

...главным объектом обвинения был преемник Гитлера – амбициозный и яркий Герман Геринг.

Геринг тщательно подготовился к перекрёстному допросу, его продуманные ответы сбили с толку главу обвинения американца Роберта Джексона (англ. Robert Houghwout Jackson). Геринг не избегал вопросов и не извинялся. Он показал, что концлагеря были необходимы для поддержания порядка, и заявил, что принцип нацистского руководства, который дал Гитлеру абсолютную власть, является тем же принципом, на котором основана Католическая Церковь и правительство СССР. [T.13.LXXXIII.1]

*

…на судей речь Черчилля произвела разное впечатление. Председательствующий сэр Джеффри Лоуренс 13-го марта выглядел несколько растерянно: ведь это бывший премьер-министр его страны выступил с далеко идущим заявлением. Видимо именно эта растерянность стала причиной того, что Геринг получил от Лоренса разрешение на выступление без ограничения времени.

Борис ЕФИМОВ, Народный художник СССР, Герой Социалистического Труда: «Самым таким активным, самым деятельным, самым взбудораженным был Геринг. У него просто на лице было написано «смотрите главным образом на меня». Если в Третьем Рейхе он был второй фигурой после Гитлера, то тут он был Первый».

Допрос, который вёл адвокат обвиняемого Штамер (Otto Stahmer), можно смело считать «бенефисом рейхсмаршала».

Геринг: «Ну, разумеется, народу не нужна война. Но, в конце концов, политику определяют лидеры страны, а втянуть народ – дело нехитрое: демократия ли это или парламентская республика, фашистская или коммунистическая диктатура. С голосованием или без него народ всегда можно заставить делать то, что нужно лидерам».

Адвокат: «Следовало ли стремиться к достижению пунктов программы партии любыми средствами, даже незаконными».

Геринг: «Конечно, любыми. Здесь надо прояснить понятие «Законность»: если я достиг успеха, то тогда мои действия законны».

Геринг говорил два дня. Было очевидно, что подсудимый всерьёз намерен уйти от наказания. Адвокаты стали проводить тактику затягивания процесса: вызывались ненужные свидетели, запрашивались ненужные документы, подавались просьбы о перерывах. Надежда была на то, что отношения между бывшими союзниками испортятся окончательно, а под обломками этих отношений будет похоронен и Нюрнбергский трибунал. Но этого не произошло.

К допросу Геринга приступили обвинители, и энтузиазм рейхсмаршала стал угасать. Окончательно добил «Нациста номер Два» Руденко… [T.2.LXXXI]

 

Олег БУДНИЦКИЙ, доктор исторических наук: «С точки зрения формальной, юридической, Нюрнбергский процесс незаконен. Потому что судили людей, проигравших по специально созданным для этого законам. И мне на эту тему пришлось читать переписку Василия Маклакова и Марка Алданова. И Василий Маклаков, законник, участник сопротивления, сидевший в тюрьме в период войны некоторое время, пишет: «С точки зрения юриста это, конечно, нонсенс». Алданов отвечает: «Я с тобой совершенно согласен. Но нужно же было их повесить». Маклаков проговорил: «Если бы в запале бы их повесили, как повесили Муссолини – это ладно, это нормально». А когда через суд, как-то нехорошо». [P.97.160]

***

 
     
 

***

Елена ЛИПЦЕР, адвокат, Центр содействия международной защите: «…что РФ вступила в Совет Европы, ратифицировала Европейскую Конвенцию, обязавшись соблюдать Права Человека и обязавшись реформировать свою систему правоохранительную и иные системы, которые связаны с соблюдением Прав Человека, реформировать в соответствии с правом Совета Европы, с Конвенцией, в соответствии с решением Европейского суда…»

Вадим ПРОХОРОВ, адвокат, член Центральной избирательной комиссии РФ: «…здесь тогда надо вообще затронуть шире проблему независимости судебной власти. Давайте с вами ответим на один вопрос – судья районного суда, в котором рассматривается подавляющее большинство дел по подсудности – уголовных, гражданских, – неважно, каких, – от кого он больше зависит? От некоего постановления Верховного суда, до которого, скорее всего, заявитель, истец, ответчик или подсудимый даже и не дойдут в порядке надзора, или от решения местных властей, от решения субъектового суда? То есть, от решения, шире говоря, того политического режима, который у нас существует. Возвращаясь к Европейскому суду – для чего он был создан? Он был создан в далёком 50-м году, по сути, это Конвенция, подписанная в Риме 4 ноября 1950 года вступила в действие в 1953 году, действовать начала в 1959 году – на волне тех ужасов мировой войны, которая прошла незадолго до этого – для того, чтобы страны свои правовые системы, свои правоприменительные механизмы приводили в соответствие с теми цивилизованными Европейскими нормами, как это и должно быть. Не как некая надстроечная судебная инстанция, а скорее как отдельный суд, который в своё время вообще был в Европейской комиссии по правам человека, потом, с 1998 года он существует отдельно в том виде, как сейчас есть, с принятием 11-го протокола. Так действительно, как правильно сказали мои коллеги, значение этого суда в том, чтобы властям страны, прежде всего – а где власть в стране сконцентрирована? – разумеется, это не судебная власть у нас, во всяком случае, у нас в стране, – вы сами понимает – это Президент, Администрация президента, – в широком смысле исполнительная власть». [P.97.95]

 

 
     
 

Сергей КАРПОВ, доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАН: «Генуя была слабым государством, но сильной корпорацией. Вот в этом был парадокс. И они внедряются на черноморские берега благодаря именно своей продуманной системе организации вот этих торговых компаний. И благодаря своему мощному флоту. Венеция была другой. Венецианская Республика была республикой централизованной. Патрициат играл огромную роль и управлялся не одним человеком. Дож был номинальной фигурой. Он управлялся советами. Сначала большим советом, потом сенатом. Были другие органы, которые управляли Венецией. Но вот Венеция уже прекрасно понимает, в Чёрное море, куда приходит огромное количество драгоценностей, они опоздали.

…сама эта система, она имеет разные цели. У генуэзцев она направлена на поддержание частной инициативы. Частного капитала. У венецианцев – государственной инициативы, государственного капитала. Частники объединены вокруг этого. Поэтому здесь надо решать какие-то глобальные задачи, военно-стратегические. Венецианцы их решают эффективнее. Но они опаздывают во времени. Потому что, если что-то происходит в Чёрном море, генуэзцы быстро собирают купеческую какую-то компанию, несколько купеческих семейств, и они дают быстрый отпор. А венецианцы ждут, пока придёт караван, пока он дойдёт, пока он будет, скажем так, там действовать. Но, тем не менее, это две системы взаимодополняемых. И более того, обе республики смотрели друг на друга и копировали образцы друг друга, когда они могли это сделать. Торговое соперничество часто оборачивалось торговым сотрудничеством.

…эта, вот, внутренняя взаимосвязь, она проявлялась постоянно. Но ещё раз хочу сказать, что разница была значительной. И разные цели. Поэтому по-разному решались. Отсюда многообразие мира генуэзских факторий в генуэзском варианте. И однообразие в венецианском варианте. Но это однообразие было государственно продуманной централизованной политикой. То есть, и Тана, и в Трапезунд была встроена система венецианской Романии.

Кроме того, были судебные акты. И петиции купцов. Купцы всегда были недовольны. Они всегда, заключая любую сделку, хотели получить больше, чем они получали. И поэтому очень часто между купцами идут споры. Споры, которые иногда принимают очень острые формы, вплоть до поединка. Но прежде чем дело дойдёт до поединка, они посылали, прежде всего, петицию своей республике. И суды республики обсуждали и решали, кто прав из купцов. Иногда были тяжбы не только купцов друг с другом, а тяжбы купцов с самой республикой, с самим управлением республики. С консулами. А в отношении консулов вообще было очень интересная ситуация. Она поучительна, может быть, даже для сегодняшнего дня.

Знаете, какие обязательства брал на себя консул венецианский или генуэзский, который отправлялся в эти фактории далекие? Обязательством консула было оставить залог. Денежный залог. Прежде, чем отправлялся в эти фактории. А затем его срок правления был жёстко ограничен. Он не мог править больше двух лет. И вот после истечения двух лет, как бы он ни правил, хорошо или плохо, он подлежал суду. Его дело рассматривалось судом высококомпетентных адвокаторов коммуны, как они назывались в Венеции. Эти адвокаторы коммуны выносили приговор по делу консула и его правления. Прежде всего, нужно было произвести следствие. Следствие проводилось на месте. Кто это следствие проводил? В Каффе или в Тане, или в Трапезунде? Тот человек, который консула сменял. Новоназначенный консул. Он приезжал на место вместе с судебными чиновниками и опрашивал каждого жителя. Объявлял об этом, о возможности каждому жителю пожаловаться на действия консула. В течение двух лет своего правления консул был почти монархом над венецианцами и генуэзцами, которые там правили. Он имел очень широкие права и преимущества. И оспорить эти права и преимущества никто не мог. Но когда кончался срок его правления, он был самым беззащитным даже перед лицом клеветы. И любой человек мог сказать: вот он сделал это преступление. Его могли наказать за это или за то. Эти сведения собирались и посылались затем в Венецию или в Геную. И там расследовалось его дело. И выносился приговор по делу его правления. Приговор может быть разным. Самый типичный – денежный штраф. Но если уж консул был совсем большим злодеем, что редко бывало, но всё-таки бывало, в таком случае его могли изгнать из города. Или посадить в тюрьму на какое-то время. Но это было не так уж часто. Большинство консулов были людьми ответственными. Документы по делам консулов сохранились, немногие, но некоторые, в судебных материалах, передаваемых в Венецию для того, чтобы там выносились решения по делу их правления. В Генуе было то же самое. Суд, синдикаментум, который так назывался, синдикамент, который расследовал дела консулов. Эти документы сохранились. Эти документы – зеркало. Вот глядя на этот документ, мы видим, что было в этом месте. Как правил консул, с кем были у него взаимоотношения. Как он строил свои отношения с людьми. Как к нему относились люди. Часто была клевета. Часто были наветы. Но часто были правильные обвинения. Во всяком случае, это ещё один новый слой источников». [T.10.CI.10]

 

 
     
 

Александр СМЫШЛЯЕВ, кандидат исторических наук, Институт всеобщей истории РАН: «В средние века происходит рецепция восприятия римского права, оно становится действующим. Римское право становится основой современного западного права. Когда мы об этом говорим, мы забываем иногда очень важную вещь. Происходит рецепция не римского права, как единой системы, а отдельных элементов римского права, поскольку общество принципиально уже другое, оно не может целиком всю эту систему воспринять. Иногда, забывая об этом, мы проводим слишком прямые, неосторожные параллели между современными правовыми понятиями и древне-римскими, между современным судопроизводством и римским. О глубоком различии того и другого не нужно забывать.

Можно об этом сказать на примере особенностей римского судопроизводства. Римское судопроизводство очень тесно связано как раз именно с этой аристократической системой ценностей. В чём это проявлялось? Как остроумно заметил один из современных исследователей истории Древнего Рима, римский суд был в большей мере состязанием репутаций, чем исследованием конкретных фактов. В римском суде очень важную роль наряду с исследованием собственно обстоятельств самого этого дела, имело исследование личности тех, кто в этом суде судился, тяжущихся. Или скажем, обвиняемого.

Специальные были люди, свидетели, которые выступали не по конкретному вопросу, а с точки зрения характеристики личности обвиняемого, лаудаторы, буквально – хвалители. Нечто подобное было и в гражданских тяжбах. Там адвокаты тоже выступали в качестве хвалителей своих подопечных. Личность подопечного имела нередко больше влияния при расследовании судебного дела, чем конкретные обстоятельства, конкретные доказательства.

…иногда достаточно было выяснить репутацию обвиняемого, и уже суть дела никакой роли не играла, и даже не рассматривалась. Я могу привести конкретный пример.

Римский аристократ, полководец, консул Сервилий Изаврик, один из самых уважаемых людей своего времени, он жил в I веке до нашей эры, он присутствовал на суде над каким-то преступником, обвиняли человека в каком-то преступлении, и внезапно он узнал в этом человеке своего старого знакомого. Оказывается, много лет тому назад, когда Сервилий Изаврик занимал пост консула, этот человек встретился ему во время прогулки на дороге, и вместо того, чтобы оказать подобающее консулу почтение, повёл себя очень нагло. Можно сказать даже оскорбительно, не обратил на него никакого внимания, пустил на него своего коня, проскакал мимо, вместо того, чтобы спешиться, снять шляпу и почтительно приветствовать. И Сервилий Изаврик об этом рассказал судьям-присяжным. Судьи на этом немедленно на этом завершили рассмотрение дела, не стали разбираться в обстоятельствах преступления, в аргументах защиты, а все единогласно вынесли обвинительный приговор этому человеку. Вот в этом плане очень показательный пример.

…со слов очень авторитетного и очень уважаемого человека.

…есть специальные у римских юристов инструкции, как отбирать и как относиться к свидетелям, кому оказывать предпочтения. И есть принцип, что свидетельские показания не подсчитываются, а взвешиваются, а на самом деле взвешивались сами свидетели: их статус, репутация, достоинство и честь. Вот Сервилий Изаврик в этом отношении был настолько весомой персоной, что после его выступлений не нужно было никаких других расследований.

…а его наказывали не за непочтение к консулу, а за то преступление, в котором он обвинялся. Оно считалось отныне доказанным после этого выступления». [P.97.97]